Кандидат для Путина. В каком победителе на выборах президента Украины заинтересованы в Кремле?

0
42

Российская тема во время нынешней избирательной кампании неизбежно становится одной из основных: иначе не может быть в воюющей стране, часть которой находится под оккупацией. Позицию претендентов по российскому вопросу взвешивают, оценивая степень их патриотичности и готовности противостоять агрессору или, наоборот, дать слабину. Наверное, и у Москвы есть свои предпочтения. Кто бы это мог быть?

«Маньчжурский кандидат»

В Соединенных Штатах в ходу термин, впервые появившийся в 1959 году в одноименном романе Ричарда Кондона, а затем в снятом по его мотивам фильме. По сюжету, американскому солдату, захваченному в плен в Корее, промывают мозги китайские и советские спецслужбы, и он принимает участие в операции, целью которой является обеспечение победы на президентских выборах нужного Москве и Пекину кандидата. «Маньчжурский кандидат» – тот, кто станет марионеткой в руках внешних сил. Президента Трампа в связи с вмешательством России в кампанию по его выборам неоднократно так называли и называют в американских СМИ.

Есть ли кто-то подобный среди участников украинской президентской гонки? Конечно, имеются в виду те, кто имеет какие-то шансы на победу.

Казалось бы, сильно ломать голову тут не приходится. В основной группе кандидатов, сохраняющих пока шансы на выход во второй тур, свой прочный результат имеет Юрий Бойко, выдвиженец «Оппозиционной платформы – За жизнь». Это структура составлена из части «Оппоблока», ориентированного на Сергея Левочкина и Дмитрия Фирташа, а также партии Вадима Рабиновича «За жизнь», председателем политсовета которой летом стал Виктор Медведчук. Именно он не только не скрывает, а всячески подчеркивает, что является в Украине уполномоченным и доверенным представителем Владимира Путина. Так что за плечами Бойко открыто маячит Кремль.

Но эта открытая пророссийскость Юрия Бойко делает его самым желательным противником во втором туре для любого другого кандидата: мобилизация электората против медведчуковско-путинской марионетки гарантирует уверенную победу любого сколько-нибудь патриотически маркированного претендента. «Платформа», очевидно, поборется за парламентские места на выборах осенью, но президентские ей не сулят ничего. Да и сама концепция «маньчжурского кандидата» предполагает до поры до времени неочевидность внешней ангажированности такого агента чужого влияния, поэтому следует поискать среди других рейтинговых персонажей.

Если не Порошенко, то кто

Одним из ключевых элементов пропагандистской кампании по продвижению на второй срок Петра Порошенко является тезис, что любой кандидат, кроме действующего президента, – это кандидат Путина. Сам российский лидер будто подыгрывает этим утверждениям. Так, на большой пресс-конференции 15 ноября он заявил, что Кремль готов работать с любым новым руководством Украины, которое учтет ошибки Порошенко. Тот, дескать, не способен решить мирным путем проблему Донбасса, и вся надежда на смену власти в Киеве.

После инцидента в Азовском море, где были захвачены в плен украинские моряки, Путин отказался выходить на контакт с Порошенко. Уже долгое время заморожены вопросы обмена пленными между Россией и Украиной, что резонно связывают с ожиданием Кремлем результатов наших выборов. Это позволило вице-спикеру Ирине Геращенко 6 декабря написать в Facebook: «Путин участвует в избирательных кампаниях других «украинских» кандидатов в президенты и откровенно им подыгрывает… Для меня очевидно, что предстоящие выборы в Украине приобретают очень четкие черты: выбор между Порошенко и Путиным. Какой бы фамилией на -ко, -чук или -ский ни прикрывался Путин в Украине».

Любые указания на российские связи претендентов рассматриваются как подтверждающие этот тезис, что выглядит не очень убедительно в качестве защиты президента, еще в начале войны имевшего бизнес в России и фактически вернувшего в 2014 году Виктора Медведчука в большую политику.

Естественной реакцией на обвинения в недостаточном патриотизме и скрытой готовности подыграть Путину стало усиление патриотической риторики со стороны той же Юлии Тимошенко, главной оппонентки Петра Порошенко. Съезд «Батькивщины», на котором состоялось ее выдвижение, прошел в цветах национального флага, открывался благословением патриарха Филарета – отца украинского Томоса, содержал обращение бывшего генерального секретаря НАТО Андерса Фог Расмуссена, а одним из ключевых моментов стало приветствие со стороны «киборгов» – защитников Донецкого аэропорта. «Ну и кто тут за Путина?» – словно пожимала плечами Тимошенко. Добиться повышения денежного довольствия украинских военных до стандартов НАТО и вообще скорейшего вступления Украины в Альянс пообещал в своей программе и Владимир Зеленский, демонстративно порвавший остатки бизнес-связей с Россией после небольшого скандала с их разоблачением.

Патриотическая риторика не является проблемой для оппонентов Порошенко, как не является она проблемой и для него самого. Поймать кого-то на добром слове в адрес Путина невозможно. Да и странно было бы услышать пророссийскую риторику от людей, претендующих на власть в Украине, ведь это прямой путь к потере шансов на власть, то есть откровенная глупость. Дураков в раскладах нет, во всяком случае, в верхней части президентского рейтинга.

Минский тупик

Любой победитель президентской гонки окажется ограничен минимум двумя обстоятельствами непреодолимой силы. Первое – это рамки Минских соглашений. И западные партнеры, и Россия, и сама Украина постоянно заявляли и заявляют, что вне этих рамок урегулирование проблемы Донбасса невозможно. Дальше – вопрос трактовок.

То есть подарить России оккупированные на востоке страны территории украинский президент не может, да и Россия этого не хочет. Хочет она впихнуть эти территории обратно в состав Украины на особых условиях, которые позволили бы местным «народным представителям» блокировать продвижение страны в европейском направлении, в частности в НАТО.

Тут вступает в действие другое обстоятельство непреодолимой силы: украинский парламент. Даже если представить себе ситуацию, когда президент Украины вдруг начнет склоняться к российскому варианту урегулирования, Верховная Рада распнет его на дальних подходах к «зраде». Как нынешние кандидаты в президенты не могут позволить себе минимальной пророссийской риторики, так и народные депутаты в подавляющем большинстве – кто искренне, кто из прагматичных соображений – не могут позволить Украине пойти на стратегические уступки агрессору. Медведчук и его потенциальные союзники, конечно, постараются осенью изменить парламентский расклад в свою пользу, но это, пожалуй, такая же неразрешимая задача, как избрание президентом Юрия Бойко.

Появление нового партнера на переговорах со стороны Украины, возможно, позволит Путину по­йти на какие-то уступки, не теряя лица после его заявлений, что с Порошенко он дел никаких иметь не хочет. К урегулированию кремлевского хозяина подталкивает сжимающаяся петля санкций, львиная доля которых – наказание именно за нежелание сдать назад в Украине. Но пока нет никаких серьезных оснований утверждать, будто Путин сколько-нибудь готов к постепенному отступлению и размораживанию ситуации на Донбассе. Рост общественного напряжения в связи с неоднозначностью результатов наших выборов, наоборот, дает России возможность в очередной раз поиграться с любимым пропагандистским утверждением о государственной несостоятельности Украины и невозможностью решать с ней любые серьезные вопросы.

Кандидат-хаос

Иными словами, кремлевское руководство может быть гораздо больше заинтересовано получить в Украине не удобного партнера в лице нового президента, а такого гаранта или такую электоральную ситуацию, которые максимально усугубили бы тяжелое социально-экономическое положение в нашей стране, создали условия для перманентного политического кризиса.

Первый напрашивающийся вариант – это когда во второй тур не выйдет какой-то относительно популярный кандидат, возникнут существенные разночтения между результатами Центризбиркома и данными экзитполов, и на улицы столицы выйдут протестующие. Провокация с силовым эксцессом, не без помощи «русских братьев», может вылиться в массовые столкновения и прочие наглядные безобразия с непредвиденными последствиями. Первый тур голосования в этом отношении больше подходит, поскольку его результаты менее предсказуемы, несколько кандидатов идут, пока во всяком случае, голова в голову. Хотя нельзя исключать возможность хаотизации и после второго тура. Для этого, согласитесь, вовсе необязательно, чтобы кто-то из недовольных претендентов непременно был марионеткой Кремля.

Второй вариант связан с отложенным недовольством результатами выборов. Уже сейчас очевидно, что победа Порошенко или Тимошенко, обладающих высокими антирейтингами, не решит вопрос обновления легитимности власти, уровень общественного недоверия после выборов не спадет, а на фоне парламентской кампании может еще вырасти. В этом смысле, как ни обидно было бы Ирине Геращенко, Кремль должен быть заинтересован как раз в том, чтобы Петру Порошенко как лидеру антирейтинга удалось переизбраться на второй срок. Именно ему, действующему президенту, легче предъявить обвинения в злоупотреблении административным ресурсом для достижения желаемого результата, именно он выступит символом неизменности системы при большом общественном запросе на перемены, против него легче мобилизовать недовольных.

Впрочем, свой потенциал пост­электорального недовольства есть у всех ведущих претендентов на победу.

Многих, например, пугает совершенно непрезидентский образ «шута» Зеленского. Именно в этом проблема неубедительных президентских рейтингов, даже у лидеров гонки едва превышающих 10% от всех граждан. Число недовольных при любом итоге значительно больше количества сторонников. Дальше только вопрос, в каком виде будет проявляться это недовольство, и тут Россия, конечно, заинтересована, чтобы ситуация развивалась самым опасным для Украины образом. Она будет делать ставку на хаос и всячески этот хаос подстегивать.

В конце концов, гадить – это самая привычная политика для Кремля, тонко работать там давно разучились. И к противостоянию такому «кандидату», кандидату по имени Хаос, должна быть готова Украина, при этом не поступаясь ни шагу в своем демократическом развитии, потому что это тоже стало бы важной победой путинской России.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here