Догнать и перегнать Гондурас

Пять стран, путь которых может повторить Украина в ближайшие годы

Людям свойственно надеяться на лучшее. Казалось бы, еще немного – и Украина окажется в Европе, зарплаты станут выплачивать в евро, а отпуск можно будет проводить на побережье Испании или на худой конец в какой-нибудь Греции. Толчок локтем кондуктора в переполненном троллейбусе вынуждает скорректировать планы на ближайшие перспективы под неодобрительные взгляды пассажиров. Увы, судьба приготовила нам совершенно иное место. Без удобств. Но прежде чем плюхнуться в него со всего размаху, оценим вероятность улучшения географических координат, равно как и их возможного ухудшения. Вдруг что-то опять пойдет не по плану.

Сценариев дальнейшего развития событий в Украине не так уж и много. Откровенно говоря, построить здесь Швейцарию можно только в пределах имений отдельно взятых чиновников или в чем-то сильно расстроенном воображении. С большей вероятностью Украина повторит историю пяти других менее удачливых стран. Как обычно, начнем с более успешной.

1. Южная Корея

Вероятность стать
Южной Кореей
5%
Что общего: мощный экономический спад,
разделение страны в результате войны,
приверженность политике США
В чем различия: олигархия,
отсутствие политических лидеров,
способных на радикальные реформы,
нежелание общества идти
на новые жертвы
Средняя зарплата: в Южной Корее €3000
в Украине €173

После Второй мировой вой­ны Корея была разделена на два государства. Северная часть оказалась под влиянием СССР, южная – США, что позже спровоцировало гражданскую вой­ну между ними, которая до сих пор считается официально не завершенной. Интересно, что на тот момент вся промышленность страны была сосредоточена в северной части, тогда как южная больше специализировалась на аграрном хозяйстве.

Послевоенная Южная Корея находилась в состоянии крайней нищеты. Страна не могла обеспечить себя даже продуктами питания. Главным источником пополнения казны служила экономическая помощь от США и плата за аренду земли под американские военные базы.

Так называемое демократическое правительство, пришедшее к власти после завершения активной фазы войны, поступило как лучшие представители украинской политической элиты. То есть занялось банальным воровством, перераспределяя зарубежную помощь в свою пользу. Страна потеряла почти десятилетие своего развития. Несмотря на мир и зарубежную помощь, ВВП на душу населения повысился с $67 до $82, что соответствовало уровню самых бедных стран Азии и Африки.

Логичным продолжением столь «эффективной» политики властей стал военный переворот. Пришедшие к власти военные, как ни странно, быстро нашли общий язык с американцами, хотя от демократических свобод не осталось и следа. Политические противники без суда и следствия оказывались за решеткой. Но именно благодаря диктатуре военных страна совершила умопомрачительный рывок в своем развитии.

Вся финансовая система была национализирована. Одновременно были резко снижены налоги, а зарубежные инвесторы, решившие открыть бизнес, освобождались от каких-либо налоговых выплат на протяжении первых пяти лет и получали существенные преференции в следующие три года.

Далее – военные определили приоритетные отрасли развития государства, способные найти спрос на внешних рынках. Одной из первых стала легкая промышленность, не требующая серьезных интеллектуальных и финансовых вложений. Ставка была сделана на дешевую рабочую силу, который было в избытке. Многие корейцы, особенно из бедных деревень, готовы были банально работать за еду сутками напролет без выходных.

Приоритетные отрасли, определенные властями, были переданы в управление назначенным сверху бизнесменам, которые стали выстраивать крупные корпорации, получая неограниченную финансовую поддержку от банков и лоббирование со стороны правительства на внешних рынках. То есть фактически весь госаппарат работал на десяток искусственно созданных монополий.

Сами бизнесмены строго контролировались властями. В случае нецелевого использования средств, например, покупки яхт или футбольных клубов, они лишались поддержки государства, а их бизнес менял собственников или вообще исчезал. Сложно было бы себе представить, что было бы с нашими олигархами, отправляющими гуманитарку на оккупированную территорию или скупающих недвижимость в Лондоне или Цюрихе.

В бедной стране не могло быть хорошего социального обеспечения. А в случае Южной Кореи такого понятия вообще не существовало. Пока не начался экономический подъем, не было ни пенсий, ни пособий по безработице, ни субсидий. Более того, пенсионная система появилась в этой стране относительно недавно, в 2004 году, когда весь мир узнал о таких корпорациях, как Samsung, Hyundai, LG Electronics и т. д.

Коррупция, оставшаяся в наследство от предшественников, была побеждена авторитарным стилем управления военных-диктаторов и глубокими экономическими преобразованиями. Кроме того, каждый гражданин может сообщить о подозрениях в коррупции чиновника, и, если они подтверждаются в ходе обязательной проверки, то «заявитель» получает до 10% украденного.

Прививка от коррупции действует до сих пор. После смены политического режима в конце прошлого века и прихода к власти демократических сил, в стране постоянно проводятся расследования против высших должностных лиц и иногда под расстрельные статьи попадают сами антикоррупционеры, уличенные в нарушении законов, среди них – бывшие президенты и их родственники.

Результат реформ превзошел все ожидания. Многие корейцы хорошо помнят, как им или их семьям приходилось выживать каких-то 40 лет назад. А сейчас средняя зарплата в этой стране – $2785, что вдесятеро больше, чем в Украине.

2. Польша

Вероятность стать
Польшей
10%
Что общего: экономические проблемы,
устройство экономики,
ментальность населения
В чем различия: олигархия,
высокий уровень коррупции,
война
Средняя зарплата: в Польше €970
в Украине €173

Экономическое возрождение наших соседей напоминает судьбу Джона Сноу из «Игры престолов». В начале 90-х экономика Польши была скорее мертва, нежели жива. Многие предприятия были закрыты, безработица стала массовым явлением, а цены ежедневно били рекорды. Исчезали не просто предприятия, а целые отрасли – например, легкая промышленность, горнодобывающая. В целом же половина всех действующих заводов и фабрик оказались в то время на грани банк­ротства.

Похожие события развивались и в Украине. С той лишь разницей, что экономический потенциал у нас был на уровень выше, чем в соседнем государстве. Возможно, поэтому полякам пришлось проводить более глубокие преобразования, чем украинцам. Если в резко обнищавшей Польше реформы проводились с целью создать новые рабочие места и запустить малый и средний бизнес, то в Украине – перераспределить активы в пользу группы приближенных, выстроив олигархическую модель экономики.

Поляки радикально упростили административное регулирование предпринимательства, заодно не позволив разрастись коррупции, а кроме того, существенно снизили налогообложение. Эффект не заставил себя долго ждать. Если в Украине на долю малого и среднего бизнеса в структуре ВВП приходится менее 10%, то в Польше – уже более 70%. У нас по-прежнему львиная доля доходов приходится на олигархов. Даже сейчас, несмотря на войну и затяжной экономический кризис, 10 самых богатых предпринимателей Польши ($7,7 млрд) беднее 10 толстосумов Украины ($10,8 млрд). При этом польская экономика более чем впятеро больше украинской, а средняя зарплата выше почти вшестеро – €970 против €173.

Польша – отличный пример для подражания, к тому же главный идеолог преобразований в этой стране Лешек Бальцерович назначен президентом своим советником и представителем в Кабмине. Но, увы, идеология нынешних преобразований в Украине далека от польских реформ. Ни о каком развитии частного предпринимательства речи не идет. Вместо снижения налогов происходит повышение. Был введен военный сбор и повышена минимальная зарплата, что фактически нейтрализовало весь эффект от снижения вдвое единого соцвзноса. Зарегулированность бизнеса по-прежнему высока. Не удивительно, что в таких условиях коррупция неистребима, а олигархическая модель экономики – неуязвима. К сожалению, повторение польского опыта в Украине кажется маловероятным.

3. Румыния

Вероятность стать
Румынией
15%
Что общего: экономические проблемы,
высокий уровень коррупции
В чем различия: олигархия,
война
Средняя зарплата: в Румынии €423
в Украине €173

В начале 90-х, как и все бывшие страны Варшавского договора, Румыния пережила масштабный экономический кризис. Восстановление началось после подписания Соглашения об ассоциированном членстве ЕС в 1995 году, что очень напоминает происходящее сейчас в Украине.

Формально попытки экономических преобразований в стране предпринимались и ранее, но особым успехом они не увенчались. Приватизация – отправная точка всех реформ – развивалась крайне медленно. Многим предприятиям и госмонополиям так же, как в Украине, присваивался статус стратегических, что автоматически блокировало передачу их в частные руки. Политики всеми силами отказывались открыть рынок земли, сводя на нет приток инвестиций в аграрный сектор.

Затягивание реформ привело к расцвету коррупции, достигшей рекордных уровней в Европе, – еще одна общая черта с нынешней Украиной. И точно так же, как и у нас, весь тон преобразованиям задали МВФ, Всемирный банк и Еврокомиссия.

После подписания Соглашения об ассоциации, международные финансовые организации начали оказывать кредитную поддержку стране в обмен на реформы. С их подачи завершилась приватизация, что резко снизило долю государства в экономике, появился рынок земли и началась борьба с коррупцией. В 2000 году так же, как и в Украине в 2016-м, были созданы антикоррупционные органы – специальная прокуратора и актикоррупционный директорат (аналог НАБУ). За решеткой оказались почти два десятка министров и депутатов. Такая же участь постигла двух бывших премьеров. Даже самый богатый человек страны получил срок.

По мере продвижения реформ в страну начали заходить инвестиции, особенно накануне вступления Румынии в ЕС, состоявшегося в 2007 году. К 2011-му доля прямых инвестиций в ВВП достигла 40%, что соизмеримо с показателями Польши.

Тем не менее Румыния остается одной из самых бедных стран ЕС. Отчасти это стало следствием политики международных финансовых доноров, требующих от своих «подопечных» сокращать расходы и повышать налоги. Отчасти – высокой долговой нагрузкой на бюджет страны. Впрочем, по размеру валового национального дохода на душу населения Румыния существенно опережает многие страны бывшего Союза. По данным Всемирного банка, этот показатель составляет $9,5 тыс. против $7,3 тыс. в Беларуси или $3,5 тыс. в Украине. А средняя зарплата в этой стране – €423, что почти в 2,5 раза больше, чем получают украинцы.

4. Гондурас

Вероятность стать
Гондурасом
25%
Что общего: сырьевая экономика,
высокая коррупция и преступность,
низкие доходы населения,
олигархия
В чем различия: война
Минимальная зарплата: в Гондурасе $310
в Украине $117

На первый взгляд может показаться, что между Украиной и Гондурасом нет ничего общего. Ну хотя бы потому, что жители этой страны чувствуют себя намного счастливее украинцев. В так называемом индексе счастья Гондурас занимает 10-е место, тогда как Украина – 95-е. Потомки майя еще и зарабатывают больше. Минимальная зарплата в Гондурасе составляет $310 против $117 (3200 грн) в Украине. А ВВП на душу населения вдвое больше, чем у нас. И это, заметим, беднейшая страна Латинской Америки.

Сырьевая экономика Гондураса, где главный продукт экспорта – бананы, стабильно растет ежегодно на 3-4%. В немалой степени это вызвано тем, что основной внешнеторговый партнер – США, на долю которого приходится 50% поставок Гондураса.

Общие черты с Украиной все же существуют. Предшественник нынешнего президента пришел к власти в результате революции или переворота. Каждый глава государства обещает побороть бедность, коррупцию и преступность. Вот только результаты говорят об обратном. В рейтинге Transparency International, Гондурас по уровню коррупции на 112-м месте, Украина – на 130-м.

Забавно, что, как и у нас, сам факт получения взятки не приводит к каким-либо политическим последствиям. Президент демократического Гондураса признался, что потратил на свои выборы деньги Института социального обеспечения, но не знал об их источнике происхождения. У нас, правда, все еще циничнее. Деньги можно взять прямо под видеокамерой, а потом – в случае проблем – легко представить себя в роли жертвы режима.

Вместо реформ власти Гондураса постоянно занимаются их имитацией. Одно из недавних решений – проведение преобразований в полиции, дабы вычистить из рядов коррупционеров и наркозависимых.

Сейчас в Гондурасе новый эксперимент. Часть тихоокеанского побережья планируется передать иностранным инвесторам, одновременно наделив эти территории широкой автономией. Там будет своя правовая, судебная и налоговая система. При этом фискальное давление на бизнес не превысит 10%.

Для страны, где самая высокая преступность в мире (хотя в тюрьмах втрое меньше, чем в Украине), а почти вся молодежь трудится в наркокартелях, результат подобных преобразований можно предугадать заранее. Точно так же, как и эффективность реформ в Украине, проводимых коррумпированными чиновниками.

Пока Украина продолжает пользоваться остатками былого величия. При нынешнем уровне доходов населения и размере экономики мы уже не можем позволить себе новые производства, качественную медицину, хорошие дороги и образование. Многие страны третьего мира, находящиеся в более выгодном экономическом положении, чем Украина, лишены даже того, что есть у нас сейчас. И при отсутствии реформ мы с каждым годом все больше будем приближаться к их условиям жизни или выживания.

Почти все бедные страны одинаковы. Для них свойственны высокая преступность, политическая нестабильность, низкий или нулевой уровень социальной защищенности, слабое или полное отсутствие образования и здравоохранения. И это то, что может произойти с Украиной в самые ближайшие годы.

5. Молдова

Вероятность стать
Молдовой
45%
Что общего: экономические проблемы,
разделение страны в результате
военного конфликта
при непосредственном
участии России,
высокий уровень коррупции
В чем различия: приход к власти в Молдове
пророссийских сил
Средняя зарплата: в Молдове €195
в Украине €173

Известный грузинский реформатор Каха Бендукидзе говорил, что нужно «не просто проводить реформы, а проводить их очень быстро». Такой же позиции придерживается и Лешек Бальцерович. Но в Молдове все преобразования растянулись на долгие годы.

Как и Украина, эта страна с большим трудом выходила из орбиты влияния Москвы. За сближение с Европой пришлось заплатить жизнями своих граждан и потерянной территорией. Тем не менее Россия не оставляет попыток вернуть Молдову под свой контроль, что отражается на эффективности преобразований.

Поначалу Молдова была лучшим примером для всех республик бывшего Союза. Молдова – первая на постсоветском пространстве ввела свою национальную валюту. Ей удалось быстро провести приватизации и запустить рынок земли. Но потом реформаторская активность пошла на убыль.

Не сумев победить коррупцию, страна стала медленно откатываться назад. Рост благосостояния граждан сменился падением, что привело к разочарованию действиями проевропейских политических сил. Особенно после коррупционного скандала вокруг экс-премьера Влада Филата, осужденного на девять лет. Настроениями населения умело воспользовались в Кремле, и на президентских выборах в 2016 году победил пророссийский кандидат Игорь Додон. Недавно он пообещал России обнулить Соглашение об ассоциации с ЕС.

Учитывая весьма вялые реформаторские потуги нынешних властей Украины, запредельные коррупцию и нежелание бороться с этой проблемой, повторение молдавской истории выглядит весьма вероятным.

Забавно, что по уровню среднего дохода граждан даже сейчас Молдова несколько опережает Украину. Там платят €195 против €173 у нас. Тем не менее низкие зарплаты стимулируют массовую миграцию рабочей силы. Эта же тенденция набирает обороты и в Украине.